Feb. 18th, 2017

ruh666: (Default)
Если государство устанавливает курс своих кредитных или бумажных денег против золота или иностранной валюты на более высоком уровне, чем рынок, т.е. если оно устанавливает максимальные цены на золото и иностранную валюту ниже потенциальной рыночной цены, то возникает эффект, описываемый законом Грэшема. В результате создается положение дел, которое весьма неадекватно называется дефицитом иностранной валюты.
Отличительным признаком экономического блага как раз является то, что его наличный запас не настолько обилен, чтобы сделать возможным любое желаемое его использование. Объект, не являющийся дефицитным, не является экономическим благом; на него не назначаются и за него не платятся цены. Так как деньги по необходимости должны быть экономическим благом, то понятие денег, которым не будет свойственна редкость, абсурдно. Совсем иное имеют в виду правительства, когда жалуются на дефицит иностранной валюты. Это является неизбежным следствием их политики установления цен. Это означает, что по ценам, произвольно назначенным правительством, спрос превышает предложение. Если государство, посредством инфляции снизившее покупательную способность национальной денежной единицы относительно золота, иностранной валюты и товаров и услуг, воздерживается от любых попыток регулировать курсы иностранных валют, то не может идти никакой речи о дефиците в том смысле, в каком этот термин использует государство. Тот, кто готов заплатить рыночную цену, будет в состоянии купить столько иностранной валюты, сколько пожелает.
Но государство не настроено мириться с ростом курсов иностранной валюты (в обесцененной национальной валюте). Опираясь на судей и полицейских, оно запрещает любые сделки с иностранной валютой на условиях, отличающихся от предписанной максимальной цены.
Как представляется государству и его приспешникам, рост курсов иностранной валюты вызван неблагоприятным платежным балансом и закупками спекулянтов. Чтобы устранить это зло, государство прибегает к мерам, ограничивающим спрос на иностранную валюту. Теперь право покупать валюту имеют только те, кому она нужна для совершения сделок, одобряемых государством. Товары, импорт которых, по мнению государства, чрезмерен, больше не должны импортироваться. Выплата процентов и сумм основного долга иностранцам запрещается. Граждане не должны больше путешествовать за рубежом. Правительство не понимает, что эти меры никогда не смогут улучшить платежный баланс. Если падает импорт, то соответственно снижается и экспорт. Граждане, не имеющие возможности купить иностранные товары, выплачивать иностранные кредиты и путешествовать за рубежом, не будут держать оставшиеся у них национальные деньги в виде остатков наличности. Они станут больше покупать либо потребительские товары, либо товары производственного назначения и тем самым создадут тенденцию роста внутренних цен. Но чем больше будут расти цены, тем больше будет сдерживаться экспорт.
Теперь государство делает следующий шаг. Оно национализирует валютные сделки. Любой гражданин, который каким-либо образом приобретает например, посредством экспорта валюту, обязан продать ее по официальному курсу органу валютного контроля. Если бы это постановление, равносильное экспортной пошлине, эффективно проводилось в жизнь, то объем экспорта сильно бы сократился или исчез совсем. Государству такой исход не нравится. Но оно не желает также допустить, чтобы его вмешательство совершенно не смогло достигнуть преследуемых целей и создать положение дел, которое выглядит хуже даже по сравнению с существовавшим положением дел.
Поэтому государство прибегает к паллиативу. Оно дотирует экспорт, чтобы компенсировать потери экспортеров, вызванные его политикой.
С другой стороны, государственный орган валютного контроля, упрямо цепляющийся за фикцию, что курсы иностранных валют реально не поднялись и что официальный курс является эффективным курсом, продает иностранную валюту импортерам по этому официальному курсу. Если бы такая политика проводилась реально, то это было бы равносильно выплате бонусов данным торговцам. Они получали бы непредвиденную прибыль, продавая импортированные товары на внутреннем рынке. Поэтому государство идет на следующий паллиатив. Оно либо повышает импортные пошлины, либо устанавливает специальный налог на импортеров, либо каким-нибудь иным способом обременяет покупку ими иностранной валюты.
Тогда, разумеется, валютное регулирование начинает работать. Но оно начинает работать только потому, что фактически признает рыночные курсы валют. За свою выручку в иностранной валюте экспортеры получают официальный курс плюс дотацию, которые вместе равны рыночному курсу. Импортеры платят за иностранную валюту официальный курс плюс особую премию, налог или пошлину, которые вместе равны рыночному курсу. Единственно, кто слишком бестолков, чтобы понять то, что реально происходит, и дает себя одурачить бюрократической терминологией это авторы книг и статей о новых методах денежного управления и новом денежном опыте.
Монополизация покупки и продажи иностранной валюты государством возлагает обязанности по регулированию внешней торговли на власти. Оно не оказывает никакого влияния на процесс определения курсов иностранных валют. Не имеет значения, объявляет ли государство незаконной публикацию в прессе реальных или эффективных курсов иностранных валют, или нет. До тех пор, пока продолжает существовать внешняя торговля, действуют именно эти реальные и эффективные валютные курсы.
Чтобы лучше скрыть истинное положение дел, государства стремятся исключить любые ссылки на реальный валютный курс. Они решают, что внешняя торговля не должна больше опосредоваться деньгами, а должна вестись в форме бартера. Они заключают бартерные и клиринговые соглашения с иностранными государствами. Каждая из двух участвующих в соглашении стран должна продать другой стране определенное количество одних товаров и услуг и получить в обмен другие товары и услуги. В тексте этих договоров тщательно избегаются любые ссылки на реальные рыночные курсы валют. Однако обе стороны рассчитывают свои продажи и покупки в ценах мирового рынка, выраженных в золоте. Клиринговые и бартерные соглашения подменяют трехстороннюю и многостороннюю торговлю либеральной эпохи двусторонней торговлей. Но они не оказывают никакого влияния на то, что национальная валюта страны теряет часть своей покупательной способности относительно золота, иностранной валюты и товаров.
Точно так же, как и политика национализации внешней торговли, валютное регулирование представляет собой шаг на пути замены рыночной экономики социализмом. С любой другой точки зрения оно бесплодно. Вне всякого сомнения, ни в краткосрочной, ни в долгосрочной перспективе оно не может оказать никакого влияния на курс иностранной валюты.
Людвиг Фон Мизес "Человеческая деятельность. Трактат по экономической теории"

Profile

ruh666: (Default)
ruh666

July 2017

S M T W T F S
      1
23 456 78
9101112 13 1415
1617 1819 20 2122
23242526272829
3031     

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 10:45 am
Powered by Dreamwidth Studios